История немецких колонистов. Немцы Поволжья

В один ящик складывали по 4—5 покойников. Если руки или ноги не помещались — они отрубались. На контрольно-пропускном пункте, чтобы вместе с покойниками не вынесли живого беглеца, вахтер бил каждый труп кувалдой в лоб. Затем трупы ссыпались в неглубокие ямы, на которые устанавливались фанерные таблички с записанными простым карандашом номерами формуляров. Неудивительно, что в таких условиях определить личности погребенных со временем становилось невозможно.

Не обходили лагерные беды стороной и маленьких детей. Они сидели в бараках, не имея зимней одежды, без прогулок, без воздуха и солнца. Результатом, как правило, становился рахит и другие заболевания. В лагерях царило рукоприкладство. Побеги карались уголовной ответственностью, тем не менее они стали довольно частыми. Из состава наркомата боеприпасов бежало до четверти от общего числа трудармейцев. Только за 1942 год 462 дезертира так и не были пойманы. Правда, некоторые побеги были весьма специфичны. Так, некто Г. Рихтер бежал из лагеря, приобрел паспорт на русскую фамилию Смирнов, под этой фамилией ушел на фронт и отвоевал под ней в Красной Армии, пройдя путь от рядового до подполковника.

Лагерная жизнь для немецких трудармейцев вообще была полна парадоксов. Среди них успешно развивалось стахановское движение. Где еще, по сути — в местах заключения, вы видели такое?! Для трудармейцев были сохранены не только гражданские права, но и партийность. При них находились партийные и комсомольские билеты. И вот представьте себе коммунистов, идущих на партсобрание под конвоем. Перечень подобных нонсенсов можно продолжить… Но в целом положение мобилизованных на трудовой фронт немцев было более чем серьезно. Каждый десятый из них погиб, заболевшим нет числа, а 10,5 тысячи человек арестовали и подвергли уголовной ответственности за различные провинности.

Таким образом, хотя юридически трудармейцы представлялись полноценными гражданами (они даже могли избирать и быть избранными в органы власти), но на практике места их работы мало отличались от ГУЛАГа — та же колючая проволока, те же бараки, суровые наказания за попытки самовольно покинуть их территорию. Причем принудительная работа продолжалась и после окончания войны — практически до амнистии 1955 года, предоставившей немцам право свободного передвижения по всей стране. Запрещалось только возвращаться в места прежнего проживания.

Да и сами эти места выглядели убого. Когда немецких крестьян из Поволжья выселили, правительство сделало попытку набрать для вселения в покинутые ими хозяйства представителей других национальностей. Но эта задача оказалась выполненной едва наполовину. Большинство домов пустовало, разорялось и разворовывалось. Разрушенными оказались 33 тысячи домов. Для сельского хозяйства изнуренной войной страны это ощутимая потеря. Кто будет восстанавливать разрушенное? Ведь спецпереселенцам, в документах на которых, как правило, содержалась фраза: «добросовестно относится к труду», возвращение сюда запрещено.

Между тем после амнистии 1955 года бывшие спецпереселенцы потянулись в теплые края. Многие поехали в города, где ассимиляция с местным населением шла гораздо быстрее, чем на селе. В 1959 году в СССР проживало 1 миллион 615 тысяч немцев, из них 820 тысяч — в России, 648 тысяч — в Казахстане. Значительно меньше — в Узбекистане, Киргизии, на Украине, в Закавказье и даже в Коми. Все ожидали реабилитации, и 29 августа 1964 года, ровно через 23 года после пресловутого Указа о переселении она состоялась, правда, частичная. Это был один из последних законодательных актов времен властвования Никиты Хрущева. Сразу после него началось движение за восстановление Автономной Республики Немцев Поволжья, но до конца ХХ века достичь цели участникам этого движения не удалось.

И сегодня существуют трудности с изучением немецкого языка в качестве родного. Не хватает подготовленных преподавателей — приходится учить немецкий как иностранный. В результате менее половины живущих в России немцев считают этот язык родным.

В 80-е годы судьбами выходцев из Германии заинтересовалась ФРГ. Она оказывает российским немцам материальную помощь, а главное — предоставляет им возможность вернуться на историческую родину. В период с 1987 по 1990 год такой возможностью воспользовались около 1 миллиона немцев. 29 апреля 1991 года вышел Закон РСФСР «О реабилитации репрессированных народов». Этот законодательный акт, обещающий полную реабилитацию немцам, оказался одним из последних актов времен правления Михаила Горбачева.

История немецких переселенцев в России полна драматизма. Но и судьбы других российских народов, включая русских, также непросты и суровы.

Список литературы

Комментарии к записи История немецких колонистов. Немцы Поволжья отключены

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9