История немецких колонистов. Немцы Поволжья

Первоначально предлагалось создавать поселение по религиозному признаку. То есть лютеране должны были селиться отдельно, католики — отдельно, соответственно, отдельно должны были жить и реформаты. Соблюсти данный принцип не удалось, все жили вперемежку, но раскола это не вызывало. Проблемы были в другом — в недостатке хороших пасторов. Хотя заботы о них вначале взяла на себя российская казна, а потом — общины и к середине ХIХ века пасторские заработки были выше губернаторских, среди этой категории оказалось немало случайных людей. Наделенные разнообразной властью, вплоть до судебной, священнослужители подчас возглавляли общину, где прихожане придерживались исповедания иной ветви христианства, нежели сам духовный отец. Нередко пастырями становились представители религиозных орденов — вначале францисканцев, а после запрета данного ордена в Германии на их место для окормления немцев Поволжья пробрались отцы-иезуиты. Естественно, это вызывало недовольство у прихожан, и после довольно продолжительной борьбы в 1820 году иезуиты были выдворены из России.

А жалобы на духовных отцов продолжались. Им вменялось корыстолюбие, нерадивость в отправлении церковных треб, личная жестокость. На все претензии священники отвечали одним: светской власти они не подчиняются. И действительно, они были практически несменяемы. И тогда, используя недовольство верующих, в Поволжье двинулись члены различных запрещенных религиозных братств и сект. Они ехали из разных концов страны, но в основном из Южной Украины. «Новые братья» из Одессы, «плясуны», сепаратисты — далеко не полный перечень прибывших сюда церковных отступников. Мало того, что они проводили молитвенные собрания, но некоторые из них присвоили себе право заключать браки, исповедовать и причащать паству. Это не могло не вызвать протестов со стороны официальных церковных учреждений и гражданских властей. Деятельность сект была запрещена. Исключение сделали для меннонитов, прибывших из Германии и отличавшихся только наиболее строгим соблюдением существующих религиозных обрядов, а также для легальных баптистов и приравненных к ним адвентистов.

Вопросы образования немецких детей тесно связаны с деятельностью церкви. Ведь немецкая народная школа конфессиональна еще со времен Карла Великого. Детей в ней готовили в основном к совершению обряда конфирмации (церковного посвящения). Соответственно, обучение сводилось к чтению Библии, религиозных гимнов и катехизиса. Общее образование детей было явно недостаточным для овладения серьезными профессиями. Это не могло устроить колонистов. Они стремились дать своим детям достойное образование.

Еще по пути из Петербурга в Саратов немцы организовали обучение своих детей в Торжке. Добравшись до мест поселения, они часто сначала строили школу и лишь потом — церковь. Но при отсутствии надлежащего субсидирования школ и нехватки светских преподавателей эти учебные заведения представляли собой жалкое зрелище. Вся их мебель — простые скамейки, которые использовались вместо столов. Дети становились перед ними на колени на пол и тщательно выводили буквы в лежащих на сиденьях тетрадях. Вот такая была жажда знаний, которую не спешили удовлетворить ни протестантские, ни католические пасторы. Зато богослужение за отсутствием церквей нередко проводилось именно в школьных строениях.

И все же жизнь заставила внести коррективы в школьное дело. Прежде всего, для процесса ассимиляции немцев требовалось знание русского языка. Еще более актуальным оно станет с 1874 года, когда на колонистов распространится российская воинская повинность. В 1834 году открылись два училища по изучению русского языка и подготовке из числа немцев людей, способных преподавать язык страны проживания среди остальных поселенцев. С 1859 года колонистов принимает Екатериненштадтское учебное заведение, где наряду с русским языком преподаются география и естественная история.

Невозможно находиться в стране и быть изолированным от происходящих в ней политических и социальных процессов. Царствование Александра II отмечено в России нарастанием либеральных и революционных идей. Эти идеи, через книги, проникают и к немецким колонистам. Для переселенцев выпускается пасторская хрестоматия, включающая в себя и вопросы естествознания. В 60-е годы ХIХ столетия на смену церковным приходят общие для всей России земские школы.

Значительно улучшается и профессиональное обучение колонистов — для них открываются ремесленные училища с обязательством обучаемых заниматься изученным ремеслом не менее 6 лет. По мере пребывания на российской земле немецкие колонисты все более сливались с коренным населением, осваивали его язык, привыкали к приспособленной к русским морозам одежде, внешние условия диктовали им и особенности быта. Когда после франко-прусской войны 1870—1871 годов в Россию приехало много немцев калек, они не признали колонистов «своими». И все же, по общему признанию, переселенцы и их потомки сохраняли и сохраняют в течение столетий немецкое трудолюбие, чистоплотность, аккуратность, лояльность, дружелюбие и честность. Их семьи многодетны, религиозны и дисциплинированы. Отмечая подобные качества, мы часто забываем о том, что дали России, кроме освоения поволжских целинных земель, поселенцы?

А вспомнить есть что! Ведь даже сегодняшним белым хлебом мы обязаны переселенцам из центральной Европы. Когда первые колонисты появились на Волге, в сельском хозяйстве России господствовали соха, серп и молотильные цепы. Немцы привезли нам плуг, косу и деревянную молотилку. С их же подачи у нас утвердилась трехпольная система земледелия с наличием свободных паров — для отдыха земли.

Из зерновых культур у нас до их появления сеялась почти повсеместно рожь, а следовательно, на столе у граждан был только черный хлеб и пироги из ржаной муки. Немцы начали выращивать пшеницу сорта «белотурка». И не только. На их полях появилось просо, кукуруза, овес, картофель, лен и конопля. Впервые в России стали выращивать табак, а колонист Штаф открыл первую в стране табачную фабрику. Может быть, лучше бы они этого и не делали? Но курить русских приучил еще Петр I, и без помощи переселенцев пришлось бы людям, подверженным этому пороку, покупать табак втридорога за границей. Немцы сделали попытку, правда неудачную, внедрить на поволжских землях виноградарство и шелководство.

Зато успешно развивалась промышленность. К 1871 году в колониях работали 140 кожевенных и 6 салотопенных заводов. Для курящих развернули производство трубок и чубуков. Существовало и более серьезное производство: изготавливались веялки и жатки, работали крахмало-паточные заводы. Усиленными темпами развивалось ткачество. В Сарепте вырабатывалась ткань, получившая название «сарпинка». Если она была бумажная, пряжу для нее завозили из Саксонии и Силезии, сырье для полушелковой ткани везли из Италии. Потом в колониях наладили свое прядильное производство, а ткацкую фабрику открыли в Норке и перенесли в Саратов. В целом ткацкое производство со временем стало приходить в упадок, так как носило по преимуществу кустарно-семейный характер и не выдерживало конкуренции с крупными мануфактурами в больших городах. Кроме того, оно оказалось неэкологично — работники заболевали трахомой, приводящей к слепоте, барабанные перепонки не выдерживали шума ткацких станков и т. д…

Но переселенцам удалось создать самое большое по оборотам мукомольное производство. Впервые в России установили ветряные мельницы. Вместе с водяными и появившимися несколько позже паровыми мельницами они снабжали мукой всероссийские города на пространстве от Рыбинска до Астрахани.

Вообще «золотым веком» в пребывании немецких колонистов в России надо считать век девятнадцатый. Более или менее стабилизировалось хозяйство — жителям колоний стал неведом голод. Открылись дополнительные производства, и люди, не приспособленные к крестьянскому труду, нашли применение своим силам. Упорядочивались дела церковные, расширились возможности по образованию детей. Совершенствовались отношения с российскими властями, немцы постепенно становились полноправными гражданами России. Прекратились бунты, набеги кочевников и прочие потрясения.

Вызов новых колонистов был официально прекращен в 1819 году, но спустя три десятилетия сделали исключение для теснимых Пруссией меннонитов. Скромные и праведные в быту, работающие под девизом «молись и работай», они создали 10 колоний, где собирали урожай, на 40% более высокий, чем у других колонистов. Но в 1874 году, когда на них распространилась воинская обязанность, что неприемлемо по их вероучению, они собрались и уехали в Америку.

Комментарии к записи История немецких колонистов. Немцы Поволжья отключены

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9