Журнал «Деловые люди» № 192 март 2007

Журнал «Деловые люди»

Журнал «Деловые люди»

Сколько стоит род построить

Иногда интерес к истории собственной семьи выливается в целое генеалогическое исследование. А если, составляя родословную, обратить внимание и на важные сохранившиеся свидетельства прошлого, можно составить целую энциклопедию. О том, как ведутся родословные и сколько стоит их завести, директор агентства «Семейный Архив» Станислав Кругликов, проследивший свою фамилию до XVII века, рассказывает Виктории Чеботаревой.
Есть несколько причин заглянуть в прошлое своих предков. Чаще всего это естественный интерес человека, желающего узнать о своем происхождении, получить подтверждение семейных преданий. Увлечение Кругликова генеалогией началось как раз с попыток разобраться в собственных корнях. Так он начал заниматься историей поволжских немцев, приехавших на Волгу еще при Екатерине… «Человек может изменить свое имя, свой социальный статус, свое окружение, но изменить своих предков нам не дано. Мы только можем узнать что-то новое для себя. Историю своего рода можно не знать, но не зависеть от нее нельзя», — считает Кругликов.

50 млн. человек на одном диске.

Генеалогия — вещь полезная для общества в целом и для отдельных людей в частности. Человек, знающий свою родословную, правильнее оценивает и общество, и свое место в нем.
Говорить о рынке генеалогических услуг в России непросто. С одной стороны, величина его — производное от общей численности населения. С этим у нас, по мировым меркам, пока еще неплохо. С другой — на размер рынка влияют и другие факторы. Необходим высокий уровень доходов населения, иначе людям будет не до генеалогии. Нужен демократический строй, ведь при иных обстоятельствах за происхождение можно поплатиться, вспомним хотя бы «историков» от НКВД. Вообще для развития генеалогии нужна высокая общая культура населения, потому что знание корней — часть этой культуры.
В США и Западной Европе этот рынок формировался веками и, в отличие от нас, без перерывов. Увлечение семейной генеалогией на Западе имеет, по нашим меркам, гигантские масштабы. Сегодня там свободно продаются компакт-диски с генеалогической информацией о 150 млн. человек. Основу для такой обширной базы за? ложила уже ставшая легендарной для генеалогов всего мира мормонская «Церковь Иисуса Христа и всех святых наших дней» (Church of Jesus Christ of Latter-Day Saints-LDS). Компьютерный LDS-стандарт до сих пор является главным для разработчиков новых программ по генеалогии.
Более пятидесяти миллионов американцев для поиска родственников использовали Интернет. Сегодня в знаменитом «интернет-списке Синди» — списке сайтов по семейной генеалогии, названном по имени основательницы, американской домохозяйки Синди Хауэлс, — десятки тысяч ссылок. Основанный в 1992 году, он ежегодно увеличивается на 10 тысяч ссылок. В Соединенных Штатах выпускается более ста журналов по генеалогической тематике. В России — не более пяти.
Похоже, что американцы, чьи предки родились в основном в Европе и Африке, знают свои родословные лучше всех. Аналогичная ситуация с уровнем развития генеалогии в Израиле, ЮАР, Австралии и Канаде — странах, основанных иммигрантами. Последние две страны, как и США, до сих пор имеют официальные иммиграционные программы. Канада в прошлом году выделила 200 тысяч долларов, чтобы открыть центр генеалогических исследований во Львове. В канадской провинции Альберта более 100 лет проживают выходцы с Украины.
Рынок генеалогических услуг подогревают и мировые диаспоры. Еврейские, армянские, польские, греческие — самые активные в этом отношении. Со временем настоящий генеалогический бум затронет и нас, ведь жители России — потомки многочисленных народов СССР.

Архивные возможности

Возможности российских архивных фондов по предоставлению документов частным исследователям очень ограниченны. Сегодня Федеральной архивной службе принадлежат 14 федеральных архивов и 240 государственных архивов и центров хранения документации, насчитывающих в общей сложности более полумиллиарда единиц хранения.
Генеалогические запросы сегодня исполняет каждый второй федеральный и почти каждый областной архив. При этом из более 800 тысяч ежегодных запросов в архивы только 4 тысячи запросов касаются генеалогической тематики. Помимо этого архивы ежегодно пускают в свои читальные залы для генеалогических исследований более 5 тысяч человек. Но все равно это мизерные цифры. Архивная отрасль хронически недофинансируется государством, поэтому не может предложить качественных услуг, независимо от их стоимости. Трудности генеалогических изысканий в России связаны не столько с плохой сохранностью документов, сколько с отсутствием полноценного научно-справочного аппарата для генеалогического поиска.
Не во всех архивах есть электронные каталоги документов, часть каталогов недостаточно детализирована, а часть фондов вообще не описана.
Пока Росархив не создаст доступную всесословную генеалогическую базу данных в масштабе страны, перелома в объемах практической генеалогии не наступит.
Основные документы, к которым первым делом обращаются генеалоги, — метрические книги церковных приходов, ревизские сказки, исповедальные росписи и данные переписей населения.
Ведение метрических книг во всех церковных приходах стало обязательным с 1799 года. А самые старые из ревизских сказок датированы 1720 годом. Эти источники хранятся в архивах субъектов РФ. Генеалогическая информация ранее 1790 года находится уже в федеральных архивах. Но даже с учетом этих фондов отыскать для россиянина более десяти последних поколений предков (а это 300 лет) практически нереально.
Областные архивы различаются по степени сохранности фондов, что, естественно, тоже влияет на результативность поиска. На западе и юге бывшего СССР многое уничтожили войны и революции. Правда, архивы из Минской, Витебской и Могилевской губерний сохранились неплохо. А вот здание полтавского архива было разрушено прямым попаданием авиационной бомбы. В неважной физической сохранности архангельский и свердловский архивы. Многие из архивов вычищали в политических целях в 30—50-х годах.
В советское время на очень многие темы в обществе было наложено табу. Поколения, родившиеся во времена СССР, не знали своих корней, а некоторые пожилые люди предпочитали не афишировать свое «благородное» происхождение. Не распространялись о предках и потомки репрессированных. Исследование своего происхождения казалось занятием опасным и могло создать проблемы в карьере.

Рынок для узкого круга

Сейчас генеалогия — уже не мода, а реальная потребность современного образованного человека знать о своих предках. За двадцать лет на рынке генеалогических услуг произошли серьезные сдвиги в сознании как заказчиков, так и исполнителей.
Теперь россиянам уже неважно, к какой социальной группе принадлежали их предки. Любители и специалисты активно изучают генеалогию всех сословий.
Россия по отношению населения к генеалогии стала приближаться к уровню тех стран, где эта отрасль развивалась непрерывно десятилетиями. С генеалогической революцией в России совпала другая революция — информационная. Отличительной особенностью организации генеалогической базы данных является не столько принцип хранения информации, сколько возможность ее связывать и наглядно демонстрировать. При этом рынок заказчиков остался небольшим. По оценкам некоторых ученых, практическая генеалогия важна лишь для 2—3% населения страны. Но у большинства людей из этой категории нет средств на серьезное генеалогическое исследование.
На рынке же услуг подрядчиков сформировалось сообщество частных генеалогов, которые могут выполнить заказы любой сложности. Условно генеалогов сейчас можно разделить на три группы: академических ученых, которые занимаются генеалогией как научной дисциплиной; тех, кто увлечен ее общественным и просветительским аспектом; и работающих на частных заказчиков.
У практикующих генеалогов есть свои наработанные материалы, связи в архивах. Они лучше ориентируются в местном краеведении. Каждый из сильнейших российских исследователей-генеалогов специализируется в какой-то области. Это может быть дворянская генеалогия, генеалогия духовенства, генеалогия непривилегированных сословий. Или более узкая сфера — например, генеалогия балтийских рыцарств или мастеровых и крестьян Урала.
Но поскольку профессиональные генеалоги поддерживают друг с другом контакты по всей стране, это не является препятствием при работе с конкретным заказом. Однако таких специалистов мало, они перегружены работой и, как следствие, малодоступны. Найти менее известного, но добросовестного исследователя по-прежнему непросто.
О точных ценах исследований говорить трудно. Все расценки условны, да и ценовая политика на рынке генеалогических поисков весьма разнообразна. Нет даже общих методик определения цен. Можно сказать о примерных расценках за час работы: от 15 долларов. На Западе впятеро дороже.
Есть расценки определенных операций — одной консультации, «одного предка», одного документа о предке или целой родовой линии. Где-то консультации бесплатны, где-то обходятся в 30 долларов за час. Есть такие услуги, как консультативная поддержка самостоятельного поиска заказчика — примерно 600 долларов.
Государственный архив той или иной области за отцовскую или материнскую линию в зависимости от сложности случая берет от 100 до 600 долларов. Стоимость «фамильной линии» обходится заказчикам в сумму от 500 до 2000 долларов с компенсацией расходов на проезд специалиста на место и проживание и затрат на копирование архивных документов. Иные профессиональные специалисты возьмут 800—1000 долларов за родовую линию на протяжении 200 лет.

Комментариев нет

Отправить ответ


wpDiscuz

Страницы: 1 2